|
|
Из книги "Вечность мгновения"
* * *
Безмерно страданье твое,
Душа человечья, но, верно,
Выносливость столь же безмерна,
Как ни истязает зверье.
Не счесть испытаний и мук,
Но столь же несметны и вечны
Запасы любви человечьей
Средь ужасов, вставших вокруг.
* * *
Блаженны любящие, ибо
И на Земле у них Небесно.
Спасибо, Господи, спасибо!
Моя душа – Твоя невеста.
Ей хорошо в Твоих святынях,
Но Самого увидеть хочет
И жжет, бессонная, светильник
Среди столь долгой русской ночи.
* * *
Блаженны плачущие ныне —
Возрадуются, претерпев
Обиды, и обман, и гнев,
Но сохраня свои святыни.
Возрадуются во сто крат,
Когда, не убоясь лишений,
И от приманки искушений,
Соблазнов темных устоят.
* * *
В себя смотри. Внутри сотри
То, что в других бичуешь рьяно.
Не воевавшие внутри
Вовне воюют постоянно.
Все зло им видится вовне.
Свистит ожесточенья ветер.
Растет вражда. И нет на свете
Конца бессмысленной войне...
* * *
Взаимная любовь – в ней чудо каждый миг!
Взаимная любовь – в ней дом, и даль, и солнце!
Взаимная любовь – вам для блаженств земных!
А безответная – для песен нам дается.
* * *
Видишь, Господи, слезы мои,
Это я преклоняю колени
Перед женщиной грешной земли
В благодарности и просветленье.
Это, нежность в душе сохраня,
Воскрешенный, молюсь моей милой
И за то, что открыла меня,
И за то, что Тебя мне открыла!
* * *
Внезапно очнулись во мне
Все годы, как кольца на пне,
Не зная, где их оконечность.
Откликнулась юности – высь,
Откликнулась зрелости – мысль,
А детству откликнулась – вечность.
* * *
Все в жизни карма, а не кара.
Я уклонился от удара, —
И отклонился от пути.
Не спасся, боли не отринул,
А лишь на время отодвинул
То, что должно произойти.
* * *
Все принуждает нас кругом
Заботиться лишь о земном,
А Небеса не принуждают,
Но ласково даря свой свет,
Глядят мне в душу столько лет
И терпеливо ожидают.
* * *
Гоните маленькие мысли!
В них не рождается любовь.
Гоните маленькие мысли!
То – достояние рабов.
Да будете царями духа!
И вам откроются полней —
Слова – не только лишь для слуха
И свет – не только для очей.
* * *
Деянью — время, созерцанью — час.
Увы, и часа не было у нас,
Всю нашу жизнь заполнили деяньем.
А где-то там, где реки и леса,
Остались наши детские глаза
И нам вослед глядят с непониманьем.
* * *
Душа моя, пребудь чиста,
Раскрыться и принять готова
Чужую боль, и мысль, и слово,
И чистую узри основу
В другом, и возлюби другого,
Как нераскрытого Христа.
* * *
Есть мир единственный, который
Средь мира создан нашим взором.
У каждого особый, свой,
И не увижу я вовеки
Твой лес, твои поля и реки,
Твою звезду над головой.
* * *
Есть одиночества язык —
Я говорить на нем привык
Бессонно, днями и ночами,
С душою, облаком, звездой
И с Тем, Кто всюду и со мной, —
Высоким языком молчанья.
* * *
И снова снег, и свеж, и светел,
Целует Землю в черное чело,
И явного нет ничего,
Что тайным не было б на свете.
И эта женщина, разлюбленная мной,
Что кажется мне столь обыкновенной,
Полна, как прежде, тайны неземной,
Уходит мной непознанной Вселенной...
* * *
Как праздника, я жду с тобою встреч!
О, помоги мне, милая, сберечь
Мелодию живую в мире шумном,
Невыцветшими — краски торжества,
Восторженными — все мои слова,
А любящее сердце — неразумным!
* * *
Кто ты? Загадка, как всё на Руси.
Очень земная, простая вблизи.
Россыпь веснушек, смешинок бесчисленных.
Прядка колечком, ромашки в руке...
А отошел — на меня вдалеке
Смотрит задумчиво Дева Пречистая.
* * *
Меж датами рождения и смерти
Прямая краткая черта
Заменит все пути мои кривые.
* * *
Мне счастья, знаю, не дадут сейчас,
Когда тебя так жажду, словно чуда,
А лишь когда желать не очень буду,
Не мучаясь уже и не мечась.
Дадут мне просто радость, как вино,
И намекнут: а большего не требуй.
Все — обольщенье, обещанье. Но —
Все счастье п е р е н е с е н о на Небо.
* * *
Мы, двое любящих под небом молодым,
Как жаждем стать единым и одним!
Но в каждом самость, мука и тревога.
Мы, двое любящих, всегда настороже,
И счастья нет лишь оттого в душе,
Что третьего нет между нами — Бога.
* * *
Нас демон темный книзу тянет,
Но Ангел ввысь тянуть не станет:
Не вырвать силою из тьмы.
Но нас свои поднимут крылья
Без постороннего усилья,
Когда готовы будем мы.
* * *
Не жди Христа. Его явленье
Нельзя приблизить ни постом,
Ни песнопеньем, ни моленьем
И ни верховным повеленьем,
Но лишь духовным просветленьем.
Не жди Христа — сам стань Христом.
* * *
Незримый мир вокруг меня,
А в нем родные имена.
А в зримом их все меньше, меньше.
Навек уходит мир родных,
И для меня среди чужих
Не тот, а этот мир умерший.
* * *
Нет, тысяч малых правд земных
Не слить в одну. Пришел Я ныне
Их высшей Правдой заменить.
Но люди в страхе и в унынье.
И солнце им слепит глаза,
И неба им излишне много,
И истину им дать нельзя, —
Они вместить ее не могут.
* * *
Ни меры, ни предела я не вижу
Души, где Бог и дьявол, рай и ад.
Не все ль равно, что обо мне твердят!
Унизят ли, но я намного ниже,
Возвысят ли — я выше во сто крат.
* * *
О, только бы не разлюбить...
Как не хочу закончить жизнь
С пустым сердцем...
* * *
Опали листья, — обнажились гнезда.
Но где же птицы?
Опали жесты, — обнажились души.
Но где же чувства?
Опали речи, — обнажилась правда.
Но где же радость?
* * *
Радости земные,
Сколько вас вокруг!
Луг, цветов стихия,
Кротость милых рук.
Баховской кантаты
Где-то голоса.
Киноварь заката,
В небеса — глаза.
Голубая бездна,
Облаков полет.
К радости небесной
Тихий переход...
* * *
Сказал Он: вера получает
Божественную благодать,
Любовь — дает. Встань над печалью:
Есть в мире счастье — отдавать.
Еще сказал: по воле Божьей
Никто, как счастье ни лови,
Без веры получить не сможет
И дать не сможет без любви.
* * *
Так быстро сражен был ударом одним,
Что вся его жизнь не прошла перед ним.
И только одно он увидеть успел:
Пр небу полуночи ангел летел!
Летел за душою его молодой,
Что так постарела в юдоли земной...
Летел, чтобы душу вернуть небесам,
Где стольких спасенных обитель и храм,
Где Божьи мелодии льются легко,
Где скучные песни земли — далеко...
* * *
Ты приходишь, строки мне диктуя,
И вплетаю я в слова Твои
Боль свою и радость золотую
И к Тебе, Господь, порыв любви!
И строка взрывается строкою,
И не знаю, вслушиваясь в тишь:
Я ли это говорю с Тобою
Или Ты со мною говоришь?!
* * *
Тяжело нести пустую душу,
Господи, скорей раскрой ее
И внеси в нее моря и сушу,
Каждое творение Твое,
Чтобы мир ее с мирами слился!
Дай ей чувство цели и пути,
Дай любви ей и наполни смыслом:
Полную — легко ее нести!
* * *
Это счастье, если встретится
Человек, который светится,
Одаряющий огнем,
Так, что вдруг преображаешся,
Словно заново рождаешся,
Сам ты светишься при нем!
* * *
Высокие ритмы, спасите меня
От шлягеров пошлых расхожего дня!
Мне страшно: мне в душу они проникают.
Но вдвое страшнее: душа привыкает,
Себе изменяя, себя изменя.
* * *
Душа моя, пой, и не надобно слов, —
Есть вздох изначальный, древнее понятий,
Его протяни, распахни, как объятья!
В нем отзвук иных, неземных голосов
И самых прекрасных мелодий зачатье!
* * *
Есть некая во мне струна,
Что тайно ангелом дана, —
К ней прикоснуться не могу я, —
Она мне не принадлежит,
Но он лишь тронет, — как дрожит
Душа, по небесам тоскуя!..
Из низких выбраться вибраций
Расхожих песен и добраться
До самой чистой тишины,
Где только баховское пенье,
Да сердца тихое биенье,
Да вздохи ангелов слышны.
* * *
Чем дольше музыка слышна,
Тем глубже в сердце тишина.
Его готовлю к нашей встрече!
Входи же поскорей в него,
В светлицу сердца моего!
Да прозвучат в нем Божьи речи!
* * *
Обо всем, а о радости — мало,
Потому что, когда прилетала,
А порою касалась едва,
Пропадали куда-то слова,
Только музыка в сердце звучала!
* * *
Я жив, покуда вечный ритм
Во мне гармонию творит
И чистые созвучья будит.
Я жив и не умру, пока
Во мне хотя б одна строка
Последней жилкой биться будет.
* * *
А эта душа позабыла,
Кем в жизни когда-то была,
Кого на земле отлюбила,
Что пела, сжигала дотла, —
Покуда надсмертною силой
Не подняли в небо крыла.
* * *
Откуда чувство одиночества?
На птиц, на сад взгляни в окно,
Омытое апрелем дочиста:
Ты в их семье, ты их звено,
И отчество у вас одно —
Не имя главное, а Отчество.
* * *
Благодарю Тебя, Творец,
За то что дал мне не дворец,
Не власть и не мошну, но — Слово,
Но творчества — пусть малый – дар,
С которым обретаю даль
Всего пространства мирового.
* * *
Из уст моих истек ручей
Молитв, и песен, и речей,
Пока я, грешный, шел по миру.
В конце юдольного пути
Осталось мне произнести
Два слова: Господи, помилуй!
* * *
Стихами прославляю Бога
И мню, что верую глубоко.
Да страхи жгут так горячо...
Но Он сказал: “На белом свете,
Покуда ты боишься смерти,
Ты веры не обрел еще”.
* * *
А может, с самого начала
Сама ты Землю выбирала,
И век, и место на Земле,
Чтоб лучше — в радости и в боли,
Душа моя, — в земной юдоли
Познать себя... в добре и зле.
* * *
Я знал восторг, и боль, и пыл.
Я долго чашу жизни пил,
До дна, казалось, выпил.
А там — не истина, а — ил
Всех заблуждений выпал.
* * *
Ах, попытки — опять полюбить!
Безуспешная, жалкая прыть!
Словно раз, и другой — все упрямей —
Спичкой чиркаю о коробок —
Искры высек, а где огонек,
Золотое высокое пламя?
* * *
Пока дышу я чудом и покамест
Две тайны в жизни разгадать пытаюсь —
Небесную и, милая, твою, —
Я не боюсь ни неудач, ни рубищ.
Не оттого я плачу, что не любишь,
А оттого, что т а к тебя люблю!..
* * *
Да, я наивен, я дитя,
Я руки к вам простер, летя!
Меня одна любовь взрастила.
Я беззащитен пред людьми.
Защита вся моя — в любви.
Но перед ней бессильна сила.
* * *
Достаточно мгновенья, может,
Чтоб ощутить нам вечность Божью,
Но к мигу этому идти,
Но ждать его, как откровенья,
Среди обыденных мгновений
Приходится всю жизнь почти.
* * *
Душа моя, средь тысяч душ
Родную душу обнаружь.
Но что же прилепилась снова
К неведомой, чужой почти?
Родное тщишься в ней найти, —
Ведь есть же Божья в ней основа!
* * *
Была б очарованность — как бы тогда
Созвучья рождал! Что же ты натворила?
Мне жаль, что не вижу улыбки у милой,
Но больше меня угнетает беда,
Что стих умирает, что строки бескрылы...
* * *
Влюблен — и начал молодеть!
Куда теперь седины деть?
И сеть морщин на коже вялой?
Острее делается слух,
И зорче стал я видеть вдруг!
А память горькая пропала.
* * *
О, сколько свободы вокруг
Для глаз, и для губ, и для рук!
Но как мы спешим привязаться
То к тем, а то к этим рукам.
Свободы не надобно нам,
Но трудно нам в этом признаться.
* * *
О, сколько, сколько же на свете —
От тьмы до тьмы, от смерти к смерти
Я жизней должен был пройти,
Чтоб в этой, на краю почти,
Тебя, единственная, встретить!
* * *
Между нами — море голубое,
Между нами — поле, горы, лес...
Но Тебя люблю я — и со мною
Море, поле, небо со звездою
И благословение Небес!
* * *
О чем еще думать, как не о любви!
Чем жить еще, как не любовью, любовью!
Расчеты, подсчеты и счеты с людьми
Наполнены ложью, и злобой, и болью.
Любви лишь дано оправдать наши дни.
* * *
Поверь: уходит время силы.
Иное к нам идет! Живи
И ставь свой храм высококрылый
Не на крови, а на любви.
Знай: время сердца наступило!
* * *
Закрытых стен душа боится,
О стены начинает биться,
Забыв на время взаперти,
Что может, вырвавшись из плоти,
Пройти сквозь стены — и в полете
Навек свободу обрести!
* * *
Не быть во злате-серебре,
Но с волей Господа в себе
Пройти смиренно в мире тлена,
И какова бы ни была,
Чтобы во мне она жила
И оставалась совершенна!
* * *
Когда становится мне больно,
О каре думаю невольно,
Но убедить себя хочу:
Нет, это мне не в наказанье,
Нет, это Божье испытанье,
И мне да будет по плечу.
* * *
Любовь не ищет своего,
Но, пробуждая в нас родство
И радость жертвы и деянья,
Все делает она своим —
Не мановеньем волевым,
Но вечным взглядом состраданья.
* * *
Ты говоришь со мной всегда!
Когда я слышу, — без труда
Расту, и кажется вселенной
Моя душа! В руках звезда!
Но чаще глух я — и тогда
Я меньше всякой твари бренной.
* * *
Все принуждает нас кругом
Заботиться лишь о земном,
А Небеса не принуждают,
Но ласково даря свой свет,
Глядят мне в душу столько лет
И терпеливо ожидают.
* * *
Космически настрой свой разум,
Как скрипку музыкант! И сразу
На струны ляжет тайный звук,
Пришедший из вселенской бездны,
Неслышный на Земле железной, —
И высший мир проступит вдруг!
|
|
|
